«Из Питера и попробовал всё, что можно, но в 36 я чувствую себя лучше, чем в 25». Интервью Ивана Маркелова

Иван Маркелов – футболист с удивительной карьерой. Будучи воспитанником школы «Зенита», он не имел отношения к клубной системе, хоть и конкурировал против лучших питерских воспитанников. Атакующий полузащитник выступал в премьер-лиге в составе «Оренбурга», «Анжи» и «Тамбова», забивал Игорю Акинфееву, а теперь является самым возрастным футболистом «Тюмени» и примером спортивного долголетия для молодёжи.

«Многие знакомые и друзья пострадали от наркотиков. Футбол в некоторой степени уберёт от этого»

– Как вы попали в футбол?

– В семь лет мама отвела меня в школу «Зенита», потому что дома я не давал никому отдохнуть, постоянно бил в стену мячом. По радио было объявление о наборе в академию «Зенита», и мы поехали. Хорошо показал себя и меня взяли.

– Что самое яркое вспоминается из детско-юношеского периода?

– Очень многое. Как-то мы своим годом летали во Францию. Турнир был в Париже, уже не вспомню, какое место мы заняли, но всё закончилось серией пенальти. В таком возрасте посмотреть Париж – просто мечта. Было много турниров и по России. Было и весело, и грустно, и страшно, и опасно. Если сравнивать, как выглядит Сочи и Адлер сейчас, то раньше мы оттуда убегали.

– Вы 1988 года рождения. Кто по тому возрасту выделялся из юношей? Кому удалось закрепиться в большом футболе помимо вас.

– До сих пор играет мой хороший друг Макс Андреев. Он сейчас выступает за питерскую «Звезду». В «Смене» начинал Витя Васин, сейчас выступает за «Кайрат». Если брать близкий возраст, то Мишаня Кержаков 1987 года, Лёха Ионов – 1989-го. С обоими мы учились в одной школе, в лагеря ездили. Мы были вместе. В академии «Зенита» было много талантливых ребят, но кто-то не раскрылся из-за травм, кому-то помешало плохое окружение.

– Ваше детство проходило в Санкт-Петербурге девяностых. Сталкивались с криминальными компаниями?

– Компании у меня были плохие, но только это даже не девяностые, а уже двухтысячные. Бандитских времён я не застал, но в те времена настоящей проблемой был героин. Тяжелая картина. Я видел многих людей, которые пострадали от наркотиков. Среди них были и мои знакомые, и даже родственники. Футбол в некоторой степени уберёг от всего этого.

– Был период, когда за «Зенит» играли свои – Аршавин, Кержаков, Малафеев, Денисов. Был ли у вас реальный шанс зацепиться за основную команду?

– Дело в том, что я не был в молодёжной системе «Зенита». То, что тогда называлось «Сменой», сейчас является академией «Зенита». А наша школа хоть и называлась «Зенитом», но отношения к самому клубу не имела. Со «Сменой» мы всегда конкурировали.

– Тем не менее, вы числились в «Зените-2».

– Моим агентом и многих ребят из нашей команды был Павел Андреев. В какой-то момент тренером молодёжного «Зенита» был Алексей Стрепетов. Он хотел нас взять к себе, но нам Павел Андреев сказал, что вам нужно в «Зенит-2», поиграть против мужиков во Второй лиге, чтобы пройти определённую школу. В принципе, на нас спрос был, но не получилось.

«В «Зените» у воспитанников просто нет возможности себя показывать»

– Интересно ваше мнение по ситуации с Данилом Круговым, который с лета будет представлять ЦСКА. За полгода до окончания контракта с «Зенитом» его отправили доигрывать в «двойку». Насколько это адекватное решение руководства питерцев по отношению к воспитаннику?

– Я в этом вопросе понимаю обе стороны. Если человек уже определился с будущим клубом, то оставаясь в основе «Зенита», Круговой бы смотрелся нелепо. Всё равно настрой уже был бы не тем, ведь ты подписал контракт с командой-конкурентом. И в то же время я понимаю Кругового – воспитанник, можно было решить вопрос лояльнее. Там ведь обсуждался вариант с арендой в ЦСКА за доплату. Так было бы прикольно и по-человечески.

– Насколько вы, вообще, сейчас следите за «Зенитом»? Насколько этот клуб вам интересен?

– Интересно, потому что это родной клуб, родной город. Последние матчи «Зенит» выглядит так себе. Чуть задрали планку чемпионствами, но заметно, что против «Зенита» научились играть в премьер-лиге. Даже аутсайдеры отбирают очки, при этом «Зенит» ничего и не создаёт. Это нормально, ведь невозможно удерживать первое место на протяжении стольких лет. Уже заметно, что бразильцы на расслабоне, где-то психологически им уже это тяжело даётся. Бразильцы капризные, а Семак, вероятно, не хочет разлада, поэтому лишний раз им не высказывает.

– Многие питерские болельщики раздражены тем, что в «Зените» мало своих воспитанников. Например, мы видим, как за «Балтику» разрывает Данила Козлов, который Семаку оказался не нужен.

– Конечно, хочется, чтобы в «Зените» давали шанс молодёжи, но у клуба такая политика, что нужно обязательно быть чемпионом. Команда на здесь и сейчас, а не на дальняк. У воспитанников просто нет возможности себя показывать, потому что всё упирается в результат. Я считаю, что у нас сейчас нет еврокубков, нет каких-то больших стимулов, поэтому можно было бы давать шансы молодым почаще. Но, кажется, что и молодёжь не такая перспективная, как было раньше.

– Почему нынешнее поколение не блещет?

– Мне кажется, потому что раньше, например, была Юношеская лига УЕФА, в котором молодёжь могла показать себя. У юношеских и молодёжных сборных были официальные игры. Сейчас же мы варимся в собственном соку. Ещё есть проблема тренеров – я видел, как сейчас тренируют молодых ребят, и это ужас! В условный региональный клуб приходит квалифицированный тренер, видит мизерную зарплату и задаётся вопросом: «Зачем мне это нужно?», а детский спорт страдает.

«Может быть, Безруков чуть попутал берега. Ты играешь за клуб и должен фильтровать юмор»

– «Зенит» недавно уступил «Рубину». После матча едкой шуткой про «денежки» отметился Руслан Безруков, после чего на парня устроили медиа-травлю. Как вы к этой ситуации относитесь?

– Знаете, нужно знать время и место шуткам. Я сам люблю пошутить, но, может быть, Руслан чуть попутал берега, когда идёт прямой эфир «Матч ТВ», федеральный канал. Для меня это прикол, можно посмеяться, но надо понимать, что только дай чуть-чуть набросить и на тебя накинутся все. Я бы этому даже не удивлялся. Я согласен, что Руслан пошутил вполне удачно, но ты играешь за клуб и должен чуть-чуть фильтровать юмор в прямом эфире.

– При каких обстоятельствах вы уходили из «Зенита» в подольский «Витязь»?

– Это был момент, когда мы большой группой футболистов были в «Зените-2». Павел Андреев, курировавший нас, отправил нас в подольский «Витязь». Это была Первая лига. Мы тренировались, но играть было тяжело, потому что много ростовских ребят приехало из Высшей лиги, которые были в приоритете у тренерского штаба.

– Чем запомнилась работа под руководством Сергея Балахнина?

– Балахнин – позитивный приятный мужик. С молодёжью всегда улыбался. Помню как-то Сергей Николаевич говорил Максиму Андрееву, что тот в большом порядке. Хвалит, хвалит, но в состав не ставит. Мы не понимали, что за бред.

– Вскоре вы вернулись в Санкт-Петербург и стали выступать за «Петротрест». Что было там?

– Сначала я был в «Петротресте», который тренировал ныне покойный Леонид Иванович Ткаченко. У нас была задача выйти в ФНЛ. При нём я то играл, то нет и в какой-то момент перешёл в «Карелию», где пересекался с Далером Кузяевым. Команду тренировал его папа. «Петротрест» постоянно переименовывался. В итоге клуб стал называться питерским «Динамо». В то же время туда перешёл и Брайан Идову. Там был солидный состав, футболисты из Первой лиги, тренировал нас Павел Гусев.

– После питерского этапа карьеры вы попали к Игорю Чугайнову в «Сокол».

– В Саратове попылил немного, забивал, отдавал. Игорь Валерьевич – весёлый, своеобразный и необычный мужик, в какой-то степени старая школа. Я помню у нас теории были такие, если сейчас смотришь нарезки, то мы смотрели всю игру, Чугайнов такой: «Оп, стоп. Ну, здесь отдай пяткой». Говорю, сейчас-то уже понятно, что если я сяду, то буду Гвардиолой, со стороны всё легко. Мы все ржём, но Чугайнов – тренер хороший, жёсткий, но и одновременно с ним можно было посмеяться.

«Почему не остался в «Динамо»? Не буду называть конкретных людей, но я сам себя во многом неправильно повёл»

– В «Газовике» вы были одним из лучших футболистов команды, победили в Кубке ФНЛ, вышли в РПЛ. Расскажите о том времени и той команде.

– Когда я попал в Оренбург, то задачу выйти в РПЛ не ставили. Я понимал, что это «Газпром», финансово было получше, чем в «Соколе». К тому же, Роберт Геннадьевич Евдокимов хотел меня видеть в команде. У нас дисциплина была на высочайшем уровне. Каждый футболист знал, кто, куда и зачем. Там были опытные игроки сзади. Вовка Полуяхтов и Андрей Малых до сих пор играют. Димка Андреев – сейчас спортивный директор «Оренбурга», Адесойе Ойеволе помогает Марцелу Личке в «Динамо». Ещё были Рома Воробьёв, Димка Кабутов. Сейчас смотришь на эти имена и понимаешь, что для Первой лиги топовый состав. Мы играли, получали удовольствие и в какой-то момент осознали, что можем выйти в Премьер-лигу, вцепились зубами и использовали свой шанс.

– При Евдокимове в ФНЛ вы были лидером, но в РПЛ он вам доверял крайне мало игрового времени. Проиграли конкуренцию?

– Если честно, то ничего не проиграл. Появились новые футболисты, набрали новых ребят и клубу нужно было, чтобы они играли. Я не проигрывал конкуренцию точно, так же отдавался максимально на тренировках, но судьба так сложилась, что выходил всего на 10-15 минут. Основным конкурентом по позиции был Якуба Бамба. Ничего такого в нём не было, но когда деньги платят за футболиста, то он априори должен играть.

– У вас был разговор с Евдокимовым на тему дефицита игровой практики?

– Конкретно не помню, но мне позвонил Юрий Николаевич Калитвинцев, тренировавший «Динамо» в ФНЛ. Я спросил у Роберта Геннадьевича, нужен ли я или нет. Сначала мне дали понять, что нужен «Оренбургу», а потом резко: «Если его зовут, то пусть едет». И всё, я поехал в «Динамо».

– То «Динамо» оказалось в ФНЛ, но состав был с запасом лучшим в лиге.

– Конечно, состав был уровня премьер-лиги, поэтому без проблем решили задачу возвращения с первого места.

– Почему вы не остались в клубе?

– Там были свои моменты. Я должен был сыграть определённое количество времени. Не хочется называть конкретных людей, но я сам себя во многом неправильно повёл, за что извинился.

«Сразу офигел от Махачкалы. Приехал, никто не встречает. На первой же тренировке натёр мозоль. Григорян был в шоке»


– С «Динамо» не получилось, но появился вариант из Махачкалы.

– Я предполагаю, что Александр Григорян за мной следил. Агент Павел Банатин позвонил мне, сказал приезжай в Махачкалу. Я сразу же офигел от города. У них такой менталитет релаксовый. Я приехал, никто не встречает, куда идти? Спросил у кого-то, а что сейчас тренировка? Отвечают: «Ну да». На первой же тренировке вышел в новых бутсах, натёр такую мозоль, что потом неделю по кругу бегал. Григорян был в шоке: «Ты что, прикалываешься? Первая тренировка, а ты по кругу бегаешь». Но как-то я набрал форму и потом вообще летал по полю.

– Владимир Полуяхтов рассказывал, что вы, как-то гуляя по пляжу в Махачкале, нарвались на одного местного дагестанца. Чем он был недоволен?

– Мы поехали с Вовкой на море позагорать, покупаться. Нам никто не объяснил, а мы на своей волне. У себя в городе ты искупался, идёшь в одной руке майка, шорты подогнул. А в Махачкале какой-то чел подъезжает на старом лупоглазом «мерседесе», чуть ли не подрезает и выдаёт: «Э, вы кто такие?». Мы ответили: «Тише, что такое?». Говорит: «У нас тут женщины, дети, так нельзя». Мы офигели, возможно, где-то газанули в ответ, он злой ушёл в поворот так, что чуть ли не врезался. В любом случае, мы понимали, что были неправы, хоть и диковатая история.

– Какими ещё историями запомнилась Махачкала?

– Я пригнал машину, ехали с Вовкой из Каспийска в Махачкалу по трассе. Еду в левом ряду чуть на скорости, в правом ехала «приора». Он чуть заехал в мой ряд, и я ему стекло сбил. Мы остановились, он на претензиях: «Куда ты едешь?». Я ему ответил: «Ты что, травишь? Ты заехал в мой ряд, и я тебе боковуху сбил». Начал угрожать, что сейчас ментов вызовет. А я только привёз полностью тонированную «БМВ» пятёрку. А в Махачкале это запрещено. Говорю, не будем морочиться, отдал полторы тысячи рублей за это стекло и дальше поехали. Вообще, в Махачкале такая школа вождения, все друг друга подрезают, что нужно быть на таком фокусе, что потом в Питере я мог бы закрытыми глазами водить. Я в тот же день сбил кому-то ещё стекло. Подъезжает ко мне: «Братан, слушай, ну аккуратнее надо». Со временем освоился, привык.

– Нельзя не поговорить про Александра Григоряна.

– Очень много ярких моментов было. При нём у нас были спарринги, приходил тренер по боксу, и мы боксировали друг с другом. Григорян – мотиватор, как психолог, он может из тебя достать то, что ты сам не знаешь. Он говорит: «Ребят, вы думаете, что это ваш максимум, но ни фига подобного, вы можете больше». И какая-то вера действительно появлялась.

– Если говорить о футболе, то чем период в «Анжи» запомнился?

– В первую очередь матчами в премьер-лиге, играли со многими на равных. Нам было легче играть с клубами уровня «Зенита», потому что клуб сам играл и тебе давал играть. Мы так с «Краснодаром» в открытый футбол и поиграли – 1:5 закончили. Тогда «Краснодар» топовый был, Смолов постоянно забивал. Они даже не били, не отдавали. У них так всё было отработано, что они просто закатывали в ворота.

– В дебютном матче за «Анжи» вы забили ЦСКА.

– Да, получилось в первой же игре забить Акинфееву. При чём у меня ещё было пару моментов неплохих, получалось убегать от Васина и Березуцкого – где-то ударил плохо, где-то накрыли. Классный ЦСКА был с футболистами уровня Головина, Витиньо, Вернблума.

– «Анжи» против «Спартака» и «Зенита» сыграл со счётом 2:2.

– Со «Спартаком» был весёлый матч, когда мы проводили контратаку один в пять и это стало поводом для мемов. Мы тогда повели 2:1, но в конце всё равно пропустили. Вообще классное было время, когда играешь на лучших стадионах страны, цепляешься за очки против лучших клубов РПЛ.

«Анжи» задолжал больше 10 миллионов рублей. В тот момент даже брал кредиты и закрывал их другими»

– После «Анжи» вы вновь пересеклись с Григоряном, но уже в «Тамбове».

– Я ещё был игроком «Анжи», а Александр Витальевич только приходил в «Тамбов» перед окончанием сезона. Команда доигрывала в ФНЛ, но уже было понятно, что они выходят в РПЛ. Григорян позвонил: «Жду тебя в команде». А у «Анжи» уже тогда были финансовые проблемы, но мне сказали, что на меня рассчитывают и я остался. Спустя полгода закончился мой контракт с «Анжи», я позвонил Александру Витальевичу, но он уже без воодушевления сказал: «Ладно, приезжай».

– В «Анжи» перед вами все долги закрыли?

– Нет, конечно. Ничего не выплатили, хотя задолжали больше 10 миллионов рублей. В тот момент я даже в долговую яму залез, брал кредиты и закрывал их другими кредитами. И только относительно недавно решил вопрос с долгами.

– Возвращаясь к «Тамбову», Григорян обиделся на вас, что не перешли по первому зову?

– Да, скорее всего. Я приехал, некоторое время не тренировался, а команда уже была на сборах. Буквально с самолёта Григорян говорит, что я выйду на 15 минут – сыграл полчаса. У Григоряна вообще любимое, он мог после матча подойти и сказать что-то тет-а-тет. И тут после первой товарищеской игры подходит: «Маркел, что-то очень мало было двигательной активности». Я ему отвечаю: «Витальевич, я же буквально с самолёта».

– Требовательный.

–Да, а надо знать Григоряна, он не воспринимает никакие оправдания и отмазки. Хоть ты с вертолёта. Как-то приезжали ребята на просмотр в «Тамбов», там парень после крестов, ему было настолько плохо, что чуть ли сознание не терял, но Григорян считал, что если ты пришел, то должен отдаваться максимально на тренировке. Он всегда в пример ставил Гурама Тетрашвили за бойцовские качества.

– «Тамбов» из-за долгов не мог бороться за выживание. Как уходили из команды?

– Я ушёл как раз после конфликта с Григоряном. От любви до ненависти один шаг. Видимо, он думал, что я приду, как было в «Анжи», и начну забивать, как Акинфееву, но не тут-то было. Со мной попрощались, я ушёл в свободное плавание.

– Деньги все вам выплатили?

– Мне сказали: «Отзаявись сам, мы хотим Мелкадзе заявить. Твою часть денег отдадим». Руки пожали, качнули меня и ничего не выплатили. Пришлось судиться. Известный юрист Михаил Прокопец помог и мне всё вернули.

«В «Актобе» была нехорошая коалиция. Мы постоянно чувствовали, что казахи были против русских ребят»

– Как вас занесло в Казахстан?

– Я поехал с женой на юг. Там были ретриты, я вижу знакомое лицо, но не могу понять, кто это. Это оказался Деннис Лахтер, который Аршавина в «Арсенал» устроил. Изначально я поехал в «Актобе», где тренировал Владимир Маминов. Там была нехорошая коалиция, которая была и против главного тренера, и наших пацанов – Юрий Лебедев, Павел Голышев, Эдик Суханов. Мы всегда с ребятами были вместе и постоянно чувствовали, что казахи были против русских ребят. Атмосфера была враждебной. Проводили матч против «Спартака-2» и на меня пришли посмотреть из «Кызыл-Жара», после игры должен был приехать и подписать контракт с «Актобе», но Маминова убрали. Подписал контракт с «Кызыл-Жаром».

– Уже не было такой враждебной атмосферы?

– Нет, всё было хорошо, во-первых, в команде почти не было казахов. Во-вторых, Петропавловск – это город на границе с Тюменской областью. Но в команде я не задержался, потому что опять была муть, и Михаил Прокопец помог выбить обратно деньги, но уже через суд Лозанны. Это был период, когда был COVID-19, и мы то играли, то нет. И хорошо, что все игры проводились в Алматы, где хороший город и нормальные поля. Хотя была одна история в концовке сезона, играли против «Астаны».

– «Астану» в то время Андрей Тихонов тренировал?

– Да, Тихонов тогда работал в «Астане» и его потом на два года дисквалифицировали – он вывел команду с поля из-за действий судьи, но это было уже после нашего матча. Переодеваемся на игру, все в шиповках, думаю: «Что за жесть, какие шиповки?». Выхожу на поле и скольжу. Поле без подогрева, хотя премьер-лига, база сборной, а уровень, как во дворе. Мне ассистент тренера дал свои шиповки, и я в них выскочил. Играть было невозможно.

– Получается, в Казахстане вам не понравилось?

– Да, хотелось вернуться в Россию, хоть мы и выполнили задачу на сезон – не вылетели, но всё равно чувствовал себя чужим, да и жена тоже не в своей тарелке себя там чувствовала.

«Тюмень» вышла из второй лиги, и часть сезона шла на первых местах. Кто об этом бы подумал?»

– Следующим этапом вашей карьеры стала Пермь, где вы помогали оживить «Амкар». Что там было?

– Попал туда через Лахтера. Деннис позвонил и сказал: «Давай, приезжай. Создаётся команда, которая за два сезона попадёт в премьер-лигу». Я подумал, что за фантастика. А там ещё и совсем новая команда формировалась. Поехал, играли более-менее, но задачу выхода в первую лигу не решили.

– В том сезоне у вас аж 13 жёлтых карточек и два удаления. Не многовато для атакующего футболиста?

– Дело в том, что ещё в Казахстане я начал играть латераля, защитника. В «Амкаре» начинал полузащитником, но потом пришлось перейти на более оборонительную позицию слева в защите. Мне даже в какой-то момент началось нравиться. В каких-то моментах перебарщивал, получал предупреждения, иногда подводил команду и себя. Сейчас получается совладать с самим собой.

– Наконец, мы добрались до «Тюмени». Проект интересный. Как попали в этот клуб и были ли альтернативные варианты?

– Против «Тюмени» я боролся с тем же «Амкаром» за попадание в первую лигу. С Пермью у нас и во втором сезоне не получилось решить задачу. Игорь Анатольевич Меньщиков, главный тренер «Тюмени», сказал, что рассчитывает на меня и пригласил в команду. Не помню, были ли альтернативные варианты, но я хотел вернуться в первую лигу, поэтому быстро согласился на переход в «Тюмень».

– Насколько быстро адаптировались в новом городе? Комфортно ли вам в Тюмени?

– В этом плане никаких проблем нет. Я столько городов проездил. Да и многих из коллектива я уже знал, поэтому спокойно влился.

– Можно ли вас назвать лидером нынешней «Тюмени», учитывая ваш богатейший футбольный опыт?

– Лидером? Не знаю. То, что опытный игрок и много, где поиграл, да. Сейчас Антон Кобялко ушёл и немного подставил меня (смеётся). Если раньше он был самым старым, то теперь я. Лидер может быть на поле, может быть за его пределами. Это какая-то совокупность качеств.

– Чувствуете ли ответственность, исходя из своего возраста и статуса в команде?

– Понимаете, сейчас уже другое поколение. В мои времена пять-десять лет назад ты ощущал разницу в возрасте, была какая-то иерархия. Сейчас же молодёжь, минимизированная в общении, каждый в своём коконе. И с одной стороны сейчас с молодёжью попроще, с другой тяжелее и ты не знаешь, где эта золотая середина.

– Кого бы выделили из молодых ребят в «Тюмени»? Есть ли те, кто мог бы заиграть в премьер-лиге по своему потенциалу?

– Да, тем более, сейчас для молодёжи все двери открыты. Качественных иностранцев стало меньше, а молодёжь стала больше цениться. Даже наша команда вышла из второй лиги, и мы часть сезона шли на первых местах. Кто об этом бы подумал? У нас большинство ребят дебютанты первой лиги, начались победы и уже с ребят пошёл спрос. Если чуть дать слабину, то придёт такой же молодой и будет играть вместо тебя. Если выделять, то того же Шитова, который пришёл из «Спартака». В «Спартаке» тяжеловато будет заиграть, конечно, но в тех же «Крыльях» мог бы составить связку с братом. У нас сейчас классные пацаны и с «Зенита-2» пришли, и с «Локомотива». Всё в их руках, как они сами будут относиться к делу.

– Правильно я вас понял, что в «Тюмени» никто не ожидал, что осенью команде удастся так высоко подняться в турнирной таблице и теперь, когда команда опустилась с четвёртой строчки на девятую, это в некой степени закономерно?

– Не сказал бы, что закономерно. Мы в принципе играли более-менее, но весной во многих матчах не забивали свои моменты. Осенью же у нас залетало всё и многое получалось. Это нормально, тут присутствует психология. У нас многих молодых футболистов зимой хотели купить, к ним был интерес. В стрессовых ситуациях разум тяжело включать, и ты всё равно подсознательно полностью не сконцентрирован. Мы хоть и мало матчей выиграли, но мы видим, что никто не оторвался, потому что большая плотность.

«Как говорит Игорь Меньщиков, «Тюмень» – не про деньги. Плюнул, подорожник приложил и играем дальше»

– Мы обсудили молодёжь. В какой момент вы сами обрели профессионализм?

– По молодости я был в пике. Так как я с Питера, я съел, выпил и попробовал всё что только можно, будучи спортсменом, что звучит абсурдно. Тяжёлое время, но всё изменилось, когда я встретил свою супругу. Я не пью уже около десяти лет и с тех же пор стараюсь вести правильный образ жизни, рано ложиться, рано вставать. Много лет не ем мясо. Всё это в совокупности даёт плоды. В 36 лет я себя чувствую лучше, чем в 25.

– Сколько вам требуется времени после 90 проведённых минут на поле?

– По-разному. На следующий день тебе всегда будет тяжело вне зависимости, сыграешь ты 60 минут или 90. У клубов РПЛ есть космические технологии по восстановлению, где ты мог бы быстрее восстановиться. В «Тюмени» тоже всё в порядке: есть штаны Normatec, массаж, баня. Отдых, сон и питание – это самое главное для любого человека.

– Честно, кайфуете, что в 36 лет вы всё ещё в порядке, хотя многие уже в 30 заканчивают?

– На других людей не смотрю, это их жизнь, а я, конечно, рад, что всё еще могу приносить пользу, радовать болельщиков, семью и играть в футбол. Я не думаю заканчивать и чувствую, что сил хватит ещё на несколько лет. Даже сейчас я понимаю, что могу ещё лучше развиваться физически, предела нет.

– Всё ли вас устраивает в «Тюмени»? Насколько вероятно, что вы останетесь в клубе на следующий сезон?

– Сейчас ещё идут матчи. Ближе к концу сезона будет определённость. Пока об этом даже не думаю, потому что остаются матчи и хочется зацепиться за стыки (прим. Metaratings.ru – интервью было записано до заключительных туров первой лиги).

– Получается, в «Тюмени» вас всё устраивает?

– Да, всё хорошо. Я был в командах, где по уровню был космос, и где совсем всё печально. Но как говорит Игорь Анатольевич Меньщиков, у нас команда – не про деньги. Плюнул, подорожник приложил и играем дальше. В «Тюмени» всё есть, и для дальнейшего роста, и для продления спортивного долголетия, нужно лишь играть в футбол.

 

Юрий АЛЕМАНОВ, metaratings.ru

28 мая 2024 15:02